• +38 066 411-51-45

Красота помноженная на функциональность 10 лет спустя

Десять лет назад во втором номере журнала «Клинок» — №2, 2003 г. — было опубликовано интервью с мастером-ножовщиком Юрием Васильевичем Кульбидой под названием «Красота, помноженная на функциональность».

В течение последних нескольких лет знакомый очень многим в Украине и за ее пределами логотип Мастера «сопровождают» уже два мастера Юрий Кульбида и Олег Лесючевский. Десять лет — большой срок,и выпуская в свет уже 50 (пятидесятый») номер журнала «Клинок», мы обратились к Олегу Лесючевскому с просьбой рассказать нашим читателям о своей работе.

Уважаемый Олег, как произошло, что Вы стали работать вместе с Юрием Васильевичем?

— Все очевидно. Юрий Васильевич — мой отец. Как говорится, комментарии излишни. Это ведь давняя традиция — всегда было принято мастерство передавать ученикам.

Но Юрий Васильевич сейчас редкий гость на выставках?

— Работа на выставках — весьма тяжела. Очень много людей подходит и с каждым необходимо провести предметный разговор. Следует корректно ответить на вопросы, рассказать о представленных изделиях, уточнить, почему для реализации тех или иных характеристик изделия выбрана та или иная форма и тот или иной материла. Все это, как правило, стоя и очень часто без своевременного, как говорят в армии, «приема пищи». Поскольку во мне немного больше юношеского задора, эта обязанность ложится на меня.

В какой степени соотносится участие в работе над ножами Ваше и Юрия Васильевича?

— Юрий Васильевич вполне может уже сам и не «стоять у верстака» — для этого у него есть я. Его опыт и знания позволяют ему осуществлять «общее руководство». Ну, а поскольку я работаю под его руководством уже много лет и многому научился, то оно носит в достаточной степени общий характер.

Если сравнить ножи, которые изготавливались Юрием Васильевич с теми, которые Вы с ним изготавливаете в настоящее время, то заметна некоторая разница. Есть, например, модели, которые не делались десять лет назад и есть, наоборот, модели, которые сейчас не изготавливаются, а были в то время «фирменными» моделями Юрия Васильевича. Чем это обусловлено?

— Рынок. Его диктат в значительной мере определяет модельный ряд и материалы, которые используются в то или иное время. Правда, нельзя сбрасывать со счетов и то, что и мастер оказывает свое влияние на формирование рынка. Влияние матера и рынка взаимообусловлено. Следует учитывать и тот факт, что мастер тоже учится — осваивает новые технологии. Какие-то «отставляет» в сторону, каким-то, среди тех которыми продолжает пользоваться, отдает предпочтение. Если ранее мы отдавали предпочтение нанесению узоров (гравюр) на лезвиях и больстерах с помощью травления или высечки, то в настоящее время предпочитаем использовать при изготовлении, например, больстеров, литье. Такое перечисление можно было бы продолжать долго.

Сотрудничаете ли Вы со специалистами «смежных» специальностей?

— В нашем деле без этого не обойтись. Не могу не упомянуть, что при работе над выполняемыми под заказ изделиями с содержанием драгоценных металлов и камней и требующих «ювелирной» работы, мы сотрудничаем с ювелиром Андреем Примаченко. Некоторые из наших совместных работ стали призерами выставок «Мастер Клинок» и журнал «Клинок» о них уже писал.

При работе над новыми ножами Вы исходите из каких-то особых представлений о форм-факторе или отдает предпочтении традиционным представлениям?

— Во многом наше отношение зависит от того, кто является потенциальным, как принято сейчас говорить, пользователем изделия. Если это изделие в той или иной степени рассчитано на «массового» покупателя, то следует отдавать дань традиционным, сложившимся в течение многих лет, если не столетий, представлениям о ноже, исходя из его назначения. При работе же под заказ требования к ножу, в том числе и этот самый форм-фактор, определяет заказчик.

Вы произнесли термин «массовый потребитель», как будто взяли его в кавычки. Почему?

— Просто мне лично не нравится ни слово «массовый», ни слово «потребитель». Может быть, в теории маркетинга это и принятые термины, но уж очень они обезличивают того человека, для которого работает мастер.

Если работаешь под заказ, то всегда скрупулезно выясняешь у заказчика все его требования к ножу и в результате, думаю, правильнее будет сказать, именно совместного творчества, рождается новое изделие. Заказчик определяет в достаточной степени общие требования к ножу, а задача мастера их реализовать, то есть работать с материалами и технологиями, которые позволили бы возможно полно отразить пожелания, если не мечты, заказчика в готовом изделии.

Когда же нож изготавливается «на удачу», с целью последующей реализации, например, на выставках, то исходишь из, как уже устоявшихся на рынке представлений о том или ином типе ножа, так и своего представления о том, каким должен быть хороший нож. Очень часто бывает так, что, увидев у кого-то из наших клиентов наше изделие, человек приходит к нам и говорит: «Я хочу такой же». Это всегда радует, значит, удалось сделать нечто стоящее.

Сделать же нож, который был бы одинаково хорош для всех, невозможно. Хотя бы потому, что антропометрические характеристики у всех разные. В конечном итоге мы ведь делаем не перочинные и не кухонные ножи… Поэтому и готовишь для «широкой» продажи ножи некоего усредненного ряда типоразмеров и форм.

Какие материалы Вы используете для изготовления клинков?

— Мы внимательно отслеживаем достижения современной металлургии. Среди используемых нами сталей 45Х13, 95Х18, 110Х18, Х12МФ, порошковая, S30V, дамаск, Elmax…

Как Вы относитесь к утверждению, что времена широкого распространению дамасской стали прошли?

— Я бы для начала отметил, что дамасская сталь, вообще говоря, никогда и не была широко распространена. Изделия из нее всегда стоили значительно дороже изделий из ординарных сталей или железа. Да, в настоящее время появилось множество материалов, используемых для изготовления клинков, которые по своим прочностным характеристикам и коррозиеустойчивым качествам превосходят дамаск, помимо прочего, требуют и менее тщательного ухода за ножами, но… Никогда «новые» технологии, позволяющие тем или иным образом имитировать, подчеркну, именно имитировать, узор дамаска, не заменят полноценного дамаска. Узор дамаска неповторим в каждом конкретном случае, каждом конкретном изделии и вследствие этого всегда будет пользоваться у любителей популярностью. Пусть «широкая» мода на дамаск и прошла, по мнению некоторых знатоков, но всегда изделия из него будут пользоваться популярностью, пусть даже и уменьшается его востребованность на рынке — совсем он не исчезнет. Возможно, некоторые производители, желающие увеличить разницу между себестоимостью продукции и ее реализационной ценой, просто не хотят «возиться» с дамаском, поскольку работать с ним, хоть и интереснее, но сложнее, ведь в условиях автоматизированного поточного производства возникают дополнительные технологические сложности, связанные с переналадкой оборудования. Но в сегменте рынка изделий штучных и изготавливаемых под заказ, дамаск своего значения и популярности не теряет, и, думаю, не потеряет и впредь. Мы же как изготавливали, так и изготавливаем свои изделия с использованием дамаска для клинков.

Какие материалы Вы используете для изготовления рукоятей?

— Для изготовления рукоятей мы используем в первую очередь сорта ценных (и твердых) пород деревьев: Эбен, Бубинга, Какаболо, Бакаут, всевозможные капы (березовый и т.п.), в том числе и химически стабилизированные, а также рог оленя, лося, сайгака. В некоторых случаях используем и бивень мамонта.

В заголовок интервью десятилетней давности был вынесен принцип Юрия Васильевича Кульбиды «Красота, помноженная на функциональность». Как Вы считаете, в настоящее время этот девиз свойственен вашей работе?

— Безусловно. Я позволю себе высказаться в достаточной степени резко. Нож — это ведь не так называемые инсталляции из консервных банок или другого бытового и технологического мусора, выдаваемые некоторыми дельцами от искусства за последнее достижение в их области. Эти «инсталляции» скорее действительно «последнее» слово, обозначающее уровень, дальше которого опускаться просто некуда. Меня поражает, что находятся люди, которые с умным видом «наматывают круги» вокруг этих куч мусора и чем-то в них, мне непонятным, восхищаются.

Нож… Один из моих знакомых, когда в очередной раз пророчат некий армагеддон, любит рассуждать о том, что его небольшая коллекция ножей ему очень пригодиться, а вот деньги — нет. Так что красивый нож априори функционален. Не всегда наоборот — не обязательно функциональный нож красив. Красота ножа — это ведь не что-то умозрительное и отвлеченное. Красота отражает, извините за громкие слова, любовь человека к своему делу. И включает в себя не только, так сказать, внешний вид, но и целый ряд качеств, которые мы обозначаем общими словами: баланс, «хорошо сидит в руке», удобный в работе и т.п. Не было еще в моей и моих знакомых практике случая, когда абсолютно не функциональный нож приобрели только из-за «красоты». Так что все наши изделия и красивы, и функциональны. Даже если наш нож — «богатый» в отношении ювелирного оформления — им можно работать.

Несколько слов о Ваших дальнейших планах.

— Знаете, есть хорошая латинская поговорка «Кто не идет вперед, катится назад». Мастер, который не развивается в профессиональном и творческом плане обречен на утрату им интереса к работе, а вследствие этого его партнеры, мне этот термин нравится больше, чем «потребитель продукции», утрачивают интерес к его изделиям.

Мне пока работать интересно и есть много нового, что мне хотелось бы применить в своей работе. Так что планы у меня вполне конкретные, — расширяя круг используемых материалов и технологий, предлагать любителям и профессионалам новые изделия.